Неофициальный сайт города Сурска

Cайт жителей города Сурска

Дон
Кихот
ГюгоЖуковГамлетНаполеонДжек
Лондон
ШтирлицГексли
ДюмаРобеспьерЕсенинМаксим
Горький
БальзакДрайзерДостоевскийГабен

Пройти тест

"Наполеон" - Сенсорно-этический экстраверт

1. Программная функция (сильная) - "Волевая сенсорика"
2. Творческая функция (сильная) - "Этика отношений"
3. Ролевая функция (слабая) - "Интуиция возможностей"
4. Болевая функция (слабая) - "Структурная логика"
5. Внушаемая функция (слабая) - "Интуиция времени"
6. Активационная функция (слабая) - "Деловая логика"
7. Наблюдательная функция (сильная) - "Сенсорика ощущений"
8. Демонстративная функция (сильная) - "Этика эмоций"

Программная функция (1-я, сильная) - "Волевая сенсорика"

1-я функция, сильная — «базовая», она
определяет доминирующие сферы приложения сил
и программу действий носителя социотипа.

Для человека этого типа характерна волевая защита собственных интересов (и интересов "своей команды"), защита собственного приоритета любой ценой. Но не с целью прямого и беспощадного подавления, а для максимальной реализации собственного творческого и этического потенциала, для наиболее полного выражения собственной яркой индивидуальности, для реализации собственных этических целей и задач.

Поэтому соотношение сил в системе ценностей Цезаря — это в первую очередь соревнование личных достижений и успехов. Цезарю важно признание его личных заслуг Важно признание его авторитета через осознание его личных качеств признание его самым чутким и заботливым руководителем, самым энергичным и самым деятельным Признание его самым верным и самым надежным другом Признание его самым лучшим и самым непревзойденным в своем роде деятелем.

Чем бы он ни занимался, какую бы деятельность для себя ни выбрал. Цезарь всегда ставит для себя задачу быть лучшим из лучших Сама по себе цель весьма похвальная и заслуживающая уважения, но с другой стороны — каких физических сил стоит прожить всю жизнь как на спортивном состязании постоянно оглядываясь на соперников, постоянно сравнивая собственные успехи с чужими достижениями, постоянное напряжение в вечном стремлении вырваться вперед и не уступить первенства.

Цезарь старается легко и быстро добиваться поставленных целей Увлеченно занимаясь выбранным делом, не считаясь с затраченными для достижения успеха усилиями, Цезарь способен на исключительную работоспособность и на любые, даже противоречащие здравому смыслу жертвы. (Например, одна из представительниц этого типа, начинающая певица "ставила" себе голос, занимаясь одновременно у трех преподавателей вокала К сожалению, результат не оправдал затраченных усилий.)

Не задумываясь о том, что рискует показаться хвастливым, Цезарь на каждом шагу "рапортует" о своих достижениях, иногда довольно искренне удивляясь тому, что другие отстают от его "образцовых" темпов: " Как, ты еще не сделал это задание? А я уже следующее делаю!" Он как бы предлагает в любом деле "равняться" на него. И в самом деле, почему бы и нет? Цезарь великолепно умеет навязать дух творческого соревнования и деловой активности самому пассивному и равнодушному к общему энтузиазму человеку. Заставит подсуетиться самого безынициативного и бездеятельного (До какой крайней точки самоотстраненности и пассивности дошел бы его дуал Бальзак, если бы не исключительный энтузиазм и гиперактивность Цезаря)

Цезарь всегда осуждает и порицает в людях пассивность, отсутствие инициативы, отступление от намеченных планов. Нельзя сказать, чтобы Цезарь явно поощрял умение "работать локтями" — скорее, он поощряет умение "бороться, искать, найти и не сдаваться". Цезарь не уважает тех, кто пасует перед трудностями. Он всегда за активную жизненную позицию, за активный поиск решений Иногда методы, которые он предлагает для решения проблем, выглядят несколько прямолинейными. Не то чтобы он предлагал идти и ломиться в закрытые двери (хотя это тоже не исключается), но отстаивать свои права любым возможным способом, добиваться намеченного при любых условиях, это уж непременно.

Цезарю действительно важно знать, какие проблемы решаются методом волевого давления, а какие — нет. Поэтому, давая советы, которым, возможно, он сам бы и не последовал, Цезарь делает это из соображений получения информации по важному для себя, "программному" аспекту "волевой сенсорики". где можно "давить", а где — нельзя.

Точно так же в оценке потенциальных соперников Цезарь в первую очередь рассматривает способность человека противостоять оказываемому на него давлению, а также умение постоять за себя и готовность дать немедленный отпор Часто уверенный в своем силовом превосходстве или чувствующий, что ситуация "работает" на него, Цезарь может себе позволить "пробный выпад" в сторону того, чей силовой потенциал его сейчас интересует. Отсутствие немедленной защиты иногда наводит его на ошибочную мысль, что человек вообще на нее не способен. Иногда такие поспешные выводы приводят его к очень неприятным ситуациям.

Цезарю крайне неприятно, когда его публично "ставят на место" — это занижает его самооценку. Еще нелепее ситуация, когда какой-либо вообще малознакомый человек по непонятным причинам на него нападает. В этом случае Цезарь чувствует себя очень растерянным. К сожалению, он не всегда способен быстро взять контроль над своими чувствами и спокойно и твердо потребовать объяснений.

Цезарь может ярко, иногда вызывающе "заявить" о себе. Он может бросить вызов обществу, может взять себе скандальный сценический образ: для него это не более, чем выражение собственной творческой индивидуальности. Гораздо больше его беспокоит отсутствие интереса к себе. Нежелание замечать его ярко выраженные способности, нежелание признать его успех, нежелание подчиниться его лидерству.

Цезарь в первую очередь человек действия. Поэтому особенно болезненно он воспринимает любое ограничение своей активности. (Проблема, с которой он довольно часто сталкивается, поскольку его активность носит довольно противоречивый и сумбурный характер.) Его деятельность предполагает широкий размах и масштабность мероприятий.

Исключительно инициативен, может буквально "вломиться" в чужую жизнь, в чужие отношения, из-за чего нередко производит впечатление наглеца и нахала. Часто бывает бесцеремонен и навязчив.

В стремлении захватить инициативу любой ценой Цезарь часто проявляет себя далеко не лучшим образом, из-за чего иногда попадает в неловкую ситуацию, иногда бывает просто жалок или смешон. (О чем не дай Бог ему сказать.) Нет ничего больнее для Цезаря, чем видеть, что все его старания завоевать (именно завоевать) авторитет, популярность или расположение, приводят к диаметрально противоположным результатам. К чести Цезаря, он умеет признавать факт собственных ошибок и способен публично признать свою вину, хотя возможно это ему дается тяжелее, чем другим.

Было бы неправильно сказать, что для Цезаря в первую очередь важны его амбиции. Для него гораздо обиднее непонимание его добрых намерений. В своем праве на лидерство Цезарь совершенно искренне уверен. Поэтому непризнание его приоритета для него глубоко обидно, так как это в первую очередь непризнание его заслуг, его честного самоотверженного, творческого, с полной отдачей сил труда. Если у Жукова лидерство — это стратегический расчет, где любое ущемление его амбиций воспринимается как враждебный выпад. Цезарь, в отличие от Жукова, борется не за самоутверждение собственных амбиций, а за право оправдать возложенное на него доверие. Проще говоря, если Жукову важно ощущение его реальной власти. Цезарю важно добровольное признание и доверие. Жукову важно захватить власть. Цезарю важно удержать лидерство. Если Жукову нужна власть, чтобы возглавить систему, то Цезарю, чтобы в первую очередь максимально реализовать свой творческий этический потенциал, демократизировать возглавляемую им систему, этически усовершенствовать ее. Если жуковская стратегия — стремление захватить все сферы влияния, то для Цезаря важно захватить "пальму первенства" во всех сферах своей деятельности: личные достоинства, по его мнению, еще больше убеждают окружающих в его праве на лидерство.

Если Жуков всегда жестко контролирует захваченную сферу влияния, то Цезарь не всегда замечает, что он вообще захватил какое-то пространство.

(Следует отметить, что сравнение программных функций Жукова и Цезаря дается для пояснения принципиальных различий в их "волевых сенсориках", а вовсе не для того, чтобы указать, кто из них "хороший" лидер, а кто "плохой" — у каждого из них своя социальная функция, необходимая для реализации в определенной ситуации и в определенных общественных условиях.)

Поступки Цезаря в первую очередь отличаются быстротой и напористостью, немедленной и всесторонней инициативой. Цезарь незаметно для себя заполняет все окружающее пространство. Он не всегда замечает, не всегда оценивает методы, которые он использует для скорейшего завоевания симпатий: ему важнее удержать свой авторитет, и для этого он готов честно и этично отработать взятые на себя обязательства.

Проблема Цезаря еще и в том, что в отличие от Жукова, всегда знающего, "как надо". Цезарь отчетливо знает только "как не надо". При всех своих исключительных талантах Цезарь скорее разрушитель, чем созидатель. В политике он разрушитель тоталитарных и авторитарных систем. В искусстве он — смелый новатор, ниспровергающий существующие до него устоявшиеся формы. Он может быть основоположником нового направления в искусстве, которое никто кроме него и продолжить не сможет. Подражать — сколько угодно, продолжить — нет. Среди представителей этого типа часто встречаются яркие творческие индивидуальности, всесторонне одаренные личности.

Противоречивость "волевой сенсорики" Цезаря заключается в самой демократичности его единовластия. Цезарь искренне ненавидит тиранию и деспотизм, он из тех, чье имя пишут "на обломках самовластья". И в то же время он всеми средствами стремится не уступать своего влияния. Признание собственного поражения в этом плане для него особенно мучительно. Попытка любой ценой удержать свое влияние нередко приводит Цезаря к. отчаянным и противоречивым поступкам, имеющим для него часто трагические последствия.

*Стратиевская "Как сделать чтобы мы не расставались", МСП, 1997 г.